Путь воина: жизнь и подвиг майора Андрея Кунакова

В боях за освобождение Мариуполя 13 марта в ходе зачистки городской застройки в районе улицы Азовстальская майор Андрей Кунаков вместе с отрядом обнаружил штаб боевиков-нацистов “Азов” (организация признана в России экстремистской и запрещена).

Четыре дня подразделение майора Кунакова удерживало занимаемые позиции, отбивая атаки превосходящих сил противника и решительно отвергая предложения сдаться в плен. Азовцы сожгли всю технику отряда. 16 марта благодаря умелым и самоотверженным действиям Андрея, уже получившего к тому времени тяжелое ранение в ногу, и пришедшим на помощь морской пехоте и армейским спецназовцам, кольцо окружения было прорвано.

Майор Кунаков, несмотря на ранение, руководил эвакуацией раненых. Как настоящий офицер и командир уходил с оставляемых позиций последним… БТР-82А, на котором передвигался Андрей с товарищами, был подбит из РПГ, чтобы остаться живыми им не хватило 300 метров. Ценой своей жизни начальник штаба отряда спецназначения майор Андрей Кунаков выполнил поставленную задачу, эвакуировал раненых и вывел подразделение из окружения. Мужество майора Кунакова многим спасло жизни.

Он был начальником штаба, и на передовую его поначалу не взяли. Но он пошел к комбригу и поругался: там мои ребята! Когда одного из командиров увезли в госпиталь, Андрею разрешили занять его место.

О том, каким был Андрей Кунаков, рассказывает его жена Мария.

Я фартовый

– Он позвонил 23 февраля: у нас учения. Это его манера, он даже в Сирию уезжая, говорил: мы поехали на учения.

Я привыкла к этим словам, как и к тому, что, выходя на связь оттуда, где идут бои, он добавит в конце “скажи детям, я их люблю” (плачет – прим. авт.)

Когда объявили о спецоперации, конечно, все военные жены были в невероятном стрессе. А он позвонил такой веселый и говорит: “Че, переживаешь? Новости посмотрела? Не переживай, ты же знаешь, что я фартовый”.

Вы бы знали, что для Андрея значила армия. Он предложение мне делал из военной командировки

Он на самом деле был фартовый. У него было много разных ситуаций, когда казалось, что все плохо, но в итоге все было хорошо.

Он не часто с нами разговаривал с Украины. Там со связью не очень было хорошо.

Связь в горячих точках это вообще особая статья. Когда они уехали в первую Сирию, поначалу тоже не было никакой связи. Кто-то ходил в бригаду и по спецсвязи разговаривал с родными. А когда я звонила, мне почти всегда отвечали: он на задаче. Он же буквально год, как стал начальником штаба, а до этого был командиром группы или роты и ходил “на задачи”.

И тут я настроилась на то, что связи вначале не будет. Андрей правильный, исполнительный, и если ему сказали “нельзя пользоваться телефоном”, то все, нельзя. Приеду – расскажу. А болтать по телефону, во-первых, небезопасно, а во-вторых, ну не расскажет он ничего, отчего я буду накручивать себя. Будет говорить “все хорошо” и спрашивать “ну что у вас?”.

Нам сказали в части, что можно отправить посылки: печенье, консервы, конфеты. И я ему маленькие шоколадки в первую посылку положила. Потом, когда привезли его вещи, в кармашке рюкзака нашла один помятый сникерс (плачет).

Во вторую положила две наши семейные фотографии и письмо. Очень обычное: мы с Мишей ходили к стоматологу. Даже не писала, что переживаем, скучаем. Специально. Пусть прочтет и прикоснется к самому обычному.

Он нигде, ну нигде

Это случилось 16 марта.

И мне – неофициально – люди в нашем городе начали что-то пытаться сказать. Но ничего определенного: позвони командиру.

В тот же день ко мне приехали из воинской части. Я понимала, с какой новостью они обычно приезжают, и мне было очень плохо. Но сказали, что есть только слухи о гибели Андрея. А подтвержденной информации никакой. Командный пункт передвигается, связи у них нет, не начинай переживать раньше времени. Они в меня вселили какую-то надежду. И я с 17 по 29 марта жила молитвой. Думала, что он живой.

Фото: Владимир Аносов / РГ
Жизнь в освобожденном Мариуполе постепенно налаживается

А они, конечно, уже все знали. Там же были очевидцы. И в часть уже пришло донесение, как все произошло…

Но к месту, где он погиб, недели полторы не могли пройти.

Первый раз прошел их комбат, переодевшись в гражданскую одежду. Сказал мне потом, что нашел и забрал Андрееву каску. И будет в ней теперь всегда…

Их было трое в этом БТРе – два прапорщика и мой муж. Первым собрали одного из прапорщиков Мишу Селиванова. Я его знаю, и жену его тоже, они в соседнем доме живут. Сделали экспертизу ДНК, да, это Миша. Жене сообщили, она его похоронила…

А я с 17 марта жила в надежде, что, может быть…

И только 29 марта мне уже сказали прямо. Рассказав в подробностях, как все было. Но не было результатов экспертизы. Не могли ничего найти, чтобы дать моему мужу статус погибшего.

И вот начинаешь мучиться: ну не мог же он испариться, хоть что-то должно было от него остаться…

Андрей почему-то всегда говорил: не хочу похорон, кремируйте меня. Даже матери это сказал, когда мы в последний раз были у нее в отпуске в прошлом сентябре.

Мама растерянно спросила: “Сыночек, а куда прах?” – “Под огурчики посыплешь”. У него было такое чувство юмора, не было темы, которую бы он не мог обернуть в шутку…

Вторая экспертиза опять ничего не дала. Я попыталась настроиться на то, что его признают погибшим только спустя два года после окончания боевых действий. И мне это показалось ужасным. От того, что он нигде, ну нигде, было очень тяжело…

А в третий раз приехали какие-то очень большие специалисты (стараниями однокурсников Андрея – прим.авт.), все тщательно и в определенном радиусе осмотрели и нашли три обгоревших автомата с останками.

Мне сказали, что в четверг будет борт, и мы улетели с детьми из Прохладного в Москву на похороны.

Младшему (он такой папин-папин) 5 лет, и я думала: а Ваня, наверное, вообще ничего не понимает. А он вдруг говорит мне: “Мама, я за Мишу (старшего брата) волнуюсь, не хочу его потерять. Мы же уже потеряли папу”.

И тут я поняла, насколько он в свои 5 лет все понимает…

Когда Андрей уезжал в последнюю командировку, Ваня почему-то вдруг спросил: “А папа больше не приедет?”

Армия – его дело больше, чем на 100 процентов

Вы бы знали, ЧТО для Андрея значила армия. Есть же люди, которые поступают в военный университет, лишь бы не идти в армию. Потом послужат год и увольняются. А для Андрея это была настолько ЕГО ЖИЗНЬ… Он поступал два года подряд, но окончил учебу с красным дипломом. Он хотел служить.

В командировки стал ездить почти сразу. Предложение мне делал на Новый год из военной командировки.

Очень рвался в спецназ, просто горел. Страшно целенаправленно к этому шел. И попал туда.

Ездил в командировки в Чечню, Дагестан, в Крым, у него медаль за возвращение Крыма. Однажды в Ростовской области провел в командировке 8 месяцев. Был в Сирии.

После Сирии, я видела, он был какой-то не такой. Нервный. Но у него была очень устойчивая психика, его очень сложно было подкосить, на эмоции вывести. Все же прекрасно знают, как военные матерятся. Так вот он никогда в жизни при мне и детях не сказал ни одного матерного слова. И когда сослуживцы начинали, осаждал их.

И вот он такой весной 2010 года решил… уволиться со службы. Тогда в армии все было печально. Его должность каждый месяц сокращали, он писал рапорт на новую, зарплата доходила до 7 тысяч. А ему было важно, что он обеспечивает семью. Мы даже свадьбу играли на деньги, заработанные им в командировке. Поэтому, когда совсем исчезла перспектива, он спросил меня, что делать?

Я, зная, ЧТО для него значит армия, не смогла произнести “увольняйся”.

Но он уволился. Приехал в Москву. Но как же ему тут было печально и душно. Только хоккей – Андрей был ярым фанатом “Динамо-Москва”, на игры ходил и сам играл – был для него отдушиной. Передо мной до сих пор лежит баул с его хоккейным обмундированием.

Работу нашел в отделе рекламы в газете “Метро”. У него все получалось, он открытый, общительный и со всеми легко находит общий язык.

Но не переставал общаться с теми, с кем служил. А в Ростове начали формировать бригаду в Кабардино-Балкарию. В общем, я была беременна первым ребенком, когда он сказал, что возвращается на службу.

Я уже понимала, что армия это больше, чем на 100 процентов – его дело. И родив Мишу, поехала к нему в Кабардино-Балкарию.

Но тут уже все было по-другому. И зарплата больше, и доплаты разные.

Он был счастлив. В 2013 году прошел горнолыжную (там рядом Эльбрус) подготовку, получил книжку альпиниста. Каждый год на отлично сдавал ФИЗО, не просто отправлял подчиненных его сдавать, а сам с ними бежал. В отпуск всегда брал с собой кроссовки, шорты, бегал. Они могли в выходной в 6 утра выехать на Эльбрус и кататься весь день на лыжах, приезжали такие довольные.

Мы были счастливы в этой нашей жизни “перебежками”, состоявшей из встреч и расставаний. В разлуке помогает мысль о том, что будет потом (поедем в отпуск, на море, к родственникам), и накапливаются силы для того, чтобы, увидевшись, прожить это время счастливо (плачет).

Он обладал какой-то особой энергией притяжения. На родине в Элисте, едва мы приезжали в отпуск, сразу – Андрей приехал! – и все собираются только из-за него.

И университетский курс у него был удивительный. Давно выпустились, разошлись в разные стороны, у всех работа, но собираются, и такое чувство, что они каждый день встречаются. Это они бились по поводу экспертиз.

Письмо про то, что “мы будем вместе”, я положила ему в последнюю командировку

Моя однокурсница из Старого Оскола познакомилась в поезде с другом и однокурсником Андрея Лешей Гранкиным. И 1 сентября на книжной ярмарке на ВДНХ (мы учились в университете печати) сказала: “Маша, ко мне парень на свидание с двумя друзьями придет, пойдем со мной…” Так я познакомилась с Андреем, но у нас ничего не завязалось. Однако Леша, спустя какое-то время, сказал Андрею: “Машка нормальная девчонка, давай-ка ты ей напишешь. – И поднажал: – Я ей уже сказал, что ты напишешь…” Мы стали переписываться, потом встретились.

Но поженились не сразу. Андрей закончил университет, и его распределили в ракетную часть в К. Он готов был ждать, когда я закончу учебу, но попросил меня определиться. Специально приезжал для этого в Москву.

Все удивлялись нашим отношениям. Он прилетал из К. в Москву на выходные, потом, поговорив с моей мамой, вез меня к себе в гости в К. Так мы три года встречались. А в день защиты моего диплома подали заявление в ЗАГС. Письмо, которое я ему написала про то, что “мы будем вместе”, я положила ему с собой в последнюю командировку.

Он участвовал в разрыве окружения и выводил своих. Вывел более 30 раненых, а себя не успел. Это похоже на то, какой он был

Для меня это был даже не выбор. Я просто знала, что “мы вместе”, и другого пути нет. Меня совсем не страшил военный городок после Москвы. Единственное, что было жалко терять – работу. Я во время учебы устроилась в Издательский дом “Бурда” и 5 лет проработала там в отделе рекламы, ездила в командировки на Кипр, в Италию, Норвегию. Многие удивлялись, как ты после этого в такую тьмутаракань поедешь… Но я, странная москвичка, не хотела всегда жить в столице. Мне было интересно что-то поменять.

И Андрей очень любил наше последнее место службы – Кабарду, горы, леса. Всегда говорил: “Прохладный – центр мира. Посмотри кругом, тут так классно!” – и всех звал в гости.

Если бы вокруг не было столько военных, если бы все не напоминало мне о том, что Андрея нет, я бы осталась там жить.

У него и в последнем бою все получилось

Про его последний бой. Он участвовал в разрыве боевого окружения и выводил своих. Вывел более 30 раненых (до сих пор идут письма из госпиталей: я жив, благодаря Андрею), а себя не успел. Это очень похоже на то, какой он был. Очень. Он всегда за всех. За нас с вами. Он такой человек.

Для него быть военным, быть офицером, это не просто слова. Я узнала, что у него было ранение, и перед последним боем он мог уехать в госпиталь. Но я понимаю, что он не мог уехать в госпиталь.

И еще эта сила и уверенность, что он все сможет.

Но ведь он же в итоге все равно смог. Сделал то, что должен был сделать. И это чувство (я – фартовый), оно было верным. У него же и в последний момент все получилось. Он сделал, что должен был. Просто не думал, что все так обернется (плачет).

Я не знаю, что у него было в тот момент в голове… Но знаю, как он отдавался этому.

В боевой ситуации все отработано до такой степени, что ты просто делаешь то, что надо сделать… И не думаешь в этот момент о себе.

Он точно не думал о себе.

Только о том, что надо сделать, чтобы все было хорошо. Наверное, какой-то механизм у тебя включается в голове и все…

Он маме говорил, уже много всего пройдя: “Мама, а я бы снова пошел в спецназ”.

Ничего бы не изменилось…

Это его выбор. Его жизнь…

Что бы я сказала тем, кто говорит “нет войне”? Этот вопрос может на части разорвать. Как матери и жене, мне не хочется никаких войн, только мира и хорошего будущего для детей.

Фото: РИА Новости
Пленный солдат ВСУ: Нужно бросать оружие

Но что касается Андрея – а я вообще-то разделила его путь и воинскую работу, то он ей полностью отдавался.

В армии разные бывают ситуации, и люди разные… О, если бы армия состояла из таких людей, как Андрей, все было бы совсем другим. Меня всегда коробила несправедливость в жизни, а он как-то отделял “политику” от работы. Какие-то взгляды мог не поддерживать, но это никак не отражалось на деле. Он был военный человек до мозга костей. “Есть такая профессия Родину защищать” – и все (плачет).

А я приняла когда-то это. И должна была пройти с ним этот путь.

Познакомивший нас Леша тут недавно сказал, что если бы он не настоял тогда на нашей с Андреем переписке, я бы не стала вдовой в 35 лет.

А я ему говорю: “Леша, кто-то всю жизнь не находит свое счастье. А у меня оно было…”

Да, да.

Справка “РГ”

Андрей Кунаков родился в Элисте. В 2006 году с отличием окончил Военный университет МО РФ, факультет культуры и журналистики, мечтал служить в спецназе.

Служил на Северном Кавказе, участвовал в “Русской весне” в Крыму, в операции в Сирии, в 2022 году с первых дней участвовал в специальной военной операции по освобождению Украины… Был награжден медалью ордена “За заслуги перед Отечеством II степени с мечами”.

Героически погиб 16 марта в боях за освобождение Мариуполя.

Накануне Дня Победы глава Республики Калмыкия Бату Хасиков сообщил, что в Мариуполе и Элисте появится улица майора Андрея Кунакова.

Официально

Спасибо военному корреспонденту Александру Игоревичу Коцу за то, что обратил внимание на историю подвига начальника штаба отряда спецназначения майора Андрея Викторовича Кунакова. Наш земляк до конца остался верен воинскому долгу. Ценой своей жизни спас своих солдат и победил в тяжелейшем многодневном бою. Война забирает лучших. Но именно благодаря таким героям всегда стояла и будет стоять Россия и Калмыкия. Выражаю глубокие соболезнования родным и близким! Скорбим вместе с вами. У Андрея остались жена и двое сыновей. Мы окажем семье всю необходимую поддержку. Долг каждого из нас – сделать все для того, чтобы увековечить подвиг майора Кунакова.

Глава Республики Калмыкия Бату Хасиков

.b-material-wrapper__rubric-link[href=’/tema/obshestvo/’] ~ .b-material-wrapper__rubric-link[href=’/tema/obshestvo/’] {display: none;}Общество Специальная военная операция по защите ДНР и ЛНР РГ-Фото
Comments

Your email address will not be published.